"The English Historical Review" - старейший из издаваемых ныне в Англии исторических журналов. Он выходит с 1886 г. и долгое время был единственным английским периодическим изданием, посвященным вопросам истории ¹ . Одним из его основателей и главным редактором на протяжении первых пяти лет был профессор Кембриджского университета М. Крейтон, известный своими работами по истории церкви. В настоящее время журнал возглавляет профессор истории средних веков Эдинбургского университета Дени Хэй, видный специалист по проблемам западноевропейской культуры ² ; издателями его являются владельцы старейшего английского книгоиздательства Лонгмана, существующего с 1724 года.

По своему направлению "The English Historical Review" более всего близок к традициям так называемой Оксфордской исторической школы, возникшей еще в 60 - 70-х годах прошлого века. В первый период своего существования (до начала XX в.) она дала крупных исследователей либерально-буржуазного направления (У. Стебб, Д. Роджерс и др.). Для ее представителей характерно было пристальное внимание к экономической и социальной истории, склонность к широким обобщениям социологического характера. С перерастанием капитализма в монополистическую стадию начался общий упадок буржуазной исторической науки. Оксфордская школа постепенно перешла на консервативные позиции. Отрицание закономерностей исторического развития, неприятие теории прогресса, пренебрежение к вопросам методологии, склонность к голому эмпиризму и фактографии - таковы ныне ее характерные черты ³ .

¹ Кроме "The English Historical Review", в Англии выходят носящие общеисторический характер журналы: "History", "The Historical Journal", "Bulletin of the Institute of Historical Research", "Past and Present", "University of Bermingam Historical Journal:", "Economic History Review", "History Today".

² Рецензию на монографию Д. Хея "Полидор Вергилий - историк и писатель Ренессанса" (1952 г.) см. в сборнике "Средние века". Вып. 13. М., 1958, стр. 151 - 152.

³ Чарлз Омен, на протяжении многих лет признанный глава Оксфордской школы, утверждает: "История представляет собой ряды чисто случайного развития, а не развитие (движение) к чему-то неизбежному. Она полна неожиданных поворотов, которых не может предвидеть ни один, даже самый мудрый человек. Изучение летописей прошлого и событий современности не способствует возбуждению оптимизма, а скорее толкает к нигилизму, подобно тому, как это имело место у мыслителей римской цивилизации V в., незадолго до конца Рима. Во всяком случае, нам понятны теперь их ощущения". Ch. Oman. Memories of Victorian. Oxford. I. 1942, p. 241. Эти слова, весьма точно характеризующие глубокий кризис современной буржуазной историографии, можно было бы поставить эпиграфом ко многим статьям, напечатанным на страницах рецензируемого журнала.

Первое, что становится очевидным при знакомстве с журналом, - это полное отсутствие методологических статей и работ, посвященных анализу больших исторических проблем. Читатель не найдет на его страницах также ни одного историографического материала. Большинство из всего того, что публикуется, посвящено узкоспециальным темам, носит зачастую описательный характер; авторы воздерживаются от обобщений. Консерватизм журнала сказывается в том, что в отличие от других английских буржуазных исторических изданий журнал игнорирует сюжеты, связанные с историей народных восстаний, рабочего движения, а также национально-освободительной борьбы народов колониальных и зависимых стран. Долгие годы в журнале преобладала средневековая тематика, лишь в последнее время несколько вырос удельный вес статей по новой истории, а также повысился интерес к истории политической мысли. Но до сих пор вне поля зрения остается новейшая история. Последнее обстоятельство редакция мотивирует тем, что для этого периода еще не накопилось якобы достаточного количества источников, а также тем, что "при разработке подобного рода сюжетов трудно воздержаться от комментариев к текущим политическим событиям, чего данный журнал всегда избегает" (1962, январь). Итак, хронологически круг интересов журнала - это средние века и новое время. Территориально - это страны Западной Европы, и прежде всего Англия, которой посвящено больше всего строк. Истории народов Азии и Африки уделяется явно недостаточное внимание.

В числе авторов журнала выступают историки Англии, Канады, Австралии и других стран "Британского содружества". Иногда встречаются статьи континентальных западноевропейских авторов. "The English Historical Review" выходит четыре раза в год, каждый его номер содержит 200 страниц.

В журнале имеются разделы:

1. Статьи исследовательского характера (их обычно в каждом номере от четырех до шести).

2. Заметки и документы. Заметки отличаются от статей не размером (бывает, что они превосходят в этом отношении некоторые статьи), а тематикой. Это преимущественно работы источниковедческого характера, посвященные одному или нескольким родственным источникам, или работы, имеющие очень узкий характер. Иногда в заметках обосновывается необходимость исправления ошибок в хронологии, топонимике и т. п. В этом же отделе публикуются не напечатанные ранее источники, сопровождаемые кратким предисловием и комментариями.

3. Раздел библиографии, который занимает около половины объема каждого номера, состоит из двух подразделов: обозрений книг и кратких заметок о них. В первом даются более развернутые разборы монографий и сводных работ, во втором - краткие рецензии на труды по различным отраслям истории, вышедшие в разных странах Европы и Америки. По диапазону материалы в этом разделе шире, чем во всех остальных: здесь можно найти отзывы о книгах и по древней и по новейшей истории. Ежегодно журнал рецензирует от 300 до 400 книг. Основное назначение библиографического раздела - текущая информация, но она носит весьма ограниченный характер. Почти полностью игнорируется литература, выходящая в СССР и странах социалистического лагеря. Впрочем, следует отметить, что после выхода фундаментального советского двухтомника "Английская буржуазная революция" под ред. Е. А. Косминского и Я. А. Левицкого (М. 1954) журнал поместил рецензию на него, в которой вынужден был признать, что этот труд является серьезным вкладом в изучение истории английской революции (1956, июль).

В статьях по истории Англии и других стран Западной Европы периода средневековья, имеющих значительный удельный вес в тематике журнала, сказывается свойственный многим представителям современной буржуазной английской медиевистики политико-юридический метод анализа исторических явлений: сведение сложных социальных процессов к истерии государственных учреждений, правовых норм, столкновений и борьбы тех или иных политических деятелей, без раскрытия конкретных социально-экономических причин, обусловливающих данные явления. Для этих статей характерно, кроме того, мелкотемье, увлечение второстепенными вопросами, в частности из истории гражданской и военной администрации. Так, В. Вайтман (Шеффилд) в статье "Земельные владения графа Вильяма Фиц-Осборна" (1962, январь) ведет

пространную полемику с другими исследователями по вопросу о том, какова была юридическая природа земельных владений и административная роль в двух графствах одного из английских феодалов в первые годы после нормандского завоевания. Разобрав источники, автор приходит к выводу, что некий Фиц-Осборн владел землей на началах палатината, а не других форм держания.

Более широкий социальный диапазон имеет статья У. Томсона из университета в Глазго "Споры о церковной десятине в Лондоне в период позднего средневековья" (1963, январь). Она типична для иллюстрации политико-юридического метода анализа исторических событий эпохи феодализма. Пользуясь протоколами судов лондонского городского самоуправления за время с середины XV в. вплоть до реформации Генриха VIII, то есть до 30-х годов XVI в., автор анализирует многочисленные случаи конфликтов между клиром и мирянами, которые всеми способами сопротивлялись все возраставшим требованиям церкви, систематически повышавшей поборы в свою пользу. Автор приходит к выводу, что в рассматриваемый им период имели место не отдельные спорадические конфликты, а организованная борьба двух корпораций: городского самоуправления и клира. Следует отметить, что, приводя весьма любопытный и свежий материал, У. Томсон в своем анализе останавливается, однако, лишь на юридической стороне конфликта: тщательно разбирает юридические аргументы тяжущихся сторон, не касаясь социального аспекта. А между тем из приводимых им же самим фактов видно, что дело шло не столько о борьбе двух корпораций, сколько о столкновениях внутри них двух классов - буржуазии и феодалов.

За последние годы в журнале появился ряд тщательно выполненных исследований источниковедческого характера, относящихся к различным этапам английского средневековья. Из них следует отметить обстоятельную статью оксфордского историка Р. Девиса (1962, апрель), посвященную выяснению вопроса о том, кто был автором известной хроники Resta Stephani - важнейшего источника по истории Англии XII в., а также статью Д. Тейлора из Лидса "Развитие "продолжения полихроникона" (1961, январь), посвященную хронистам XIV века. К этому же кругу работ примыкает, хотя она и шире по содержанию и имеет не только источниковедческий интерес, статья профессора Оксфордского университета Г. Холмса "Зерцало английской политики" (1961, апрель), посвященная анализу весьма интересного и еще недостаточно изученного памфлета, появившегося в Англии в 30-х годах XV века. Анализируя этот важный документ периода тяжелых поражений Англии на континенте в Столетней войне и угрозы потери Кале, автор приходит к выводу, что памфлет выражал протест английских купцов против военной и внешнеторговой политики феодальной клики, господствовавшей в то время в Королевском совете. В статье показано, что "Зерцало" требовало активной защиты Кале, так как господство над этим городом давало английским купцам возможность безраздельно контролировать важнейшие пути европейской торговли - от Италии и Испании до ганзейских городов. Вместе с тем памфлет требовал от правительства проведения ограничительных мер против импорта в Англию ряда товаров. Хотя Г. Холмс и не ставит прямо вопрос о социальной обусловленности политики Королевского совета и связи оппозиции с вызреванием нового, капиталистического уклада в недрах феодальной формации, статья его дает ценный материал для понимания процессов развития классовой борьбы и формирования ранней идеологии буржуазии в период, непосредственно предшествовавший установлению феодально-абсолютистского строя в Англии.

Из многих материалов, относящихся к новому времени, английской буржуазной революции XVII в. посвящена только одна статья - Д. Кеннеди из Мельбурнского университета "Английский морской мятеж 1648 г." (1962, апрель). Этот факт лишний раз подчеркивает стремление журнала уйти от рассмотрения узловых, важнейших исторических явлений. В тех редких случаях, когда все же помещается отклик на такого рода темы, предпочтение сознательно отдается не революционным, а контрреволюционным событиям и эпизодам. И в данном случае темой своей работы автор избрал не революционные выступления, а контрреволюционное восстание, вспыхнувшее на кораблях английского флота. Статья носит полемический характер и направлена против тех историков, кто отрицает политическое значение мятежа, возникшего в один из критических моментов английской революции, и утверждает, что мятежники выступали не против

определенных принципов, а лишь против отдельных неугодных им личностей. Последовательно анализируя требования восставших и ход выступления, Кеннеди приходит к правильному выводу, что оно носило реакционный, роялистский характер. Однако автор не показывает, что, по существу, это восстание было попыткой роялистов использовать в своих целях недовольство народных масс тяжелым продовольственным положением в стране, а также разгоравшуюся в то время борьбу между индепендентами и левеллерами для того, чтобы расколоть силы революционного лагеря, ослабить его и тем самым сделать возможным восстановление феодально-абсолютистской монархии Стюартов.

Большая часть статей посвящена вопросам внутренней политики Англии. Как правило, авторы их стремятся всячески обойти острые сюжеты из истории классовой борьбы; их статьям, кроме того, присуща персонификация. Г. Джиббс (Лондон) в работе "Парламент и внешняя политика в период Станхопа и Уалпола" (1962, январь) приводит ряд фактов, свидетельствующих о том, что при Стюартах и до конца XVII в. внешнеполитическая деятельность английского государства осуществлялась либо непосредственно короной, либо только ей подчиненными лицами. Но уже с начала XVII в. парламент (и особенно палата общин) стал всё больше вторгаться в область внешней политики. Сперва он предпринял борьбу за право регулярно получать информацию о тех или иных дипломатических намерениях и акциях правительства, потом потребовал от него аргументации соответствующих действий и, наконец, стал добиваться значительного влияния на направление внешней политики страны. Однако, ограничиваясь констатацией этих фактов, автор не связывает это положение с некоторым изменением соотношения классовых сил в стране, происшедшим в результате переворота 1688 г., и тем усилением роли парламента, которое он вызвал.

Статья "Влияние католического духовенства на выборы в Ирландии XIX в." (1960, апрель) принадлежит перу Д. Вейта. Автор стремится выяснить, почему католическая церковь Ирландии, игравшая до середины XIX в. большую роль в политической жизни страны, в значительной степени потеряла свое влияние к 80 - 90-м годам. Он правильно усматривает причины успеха католической церкви среди крестьян Ирландии в умелом использовании клиром того обстоятельства, что в Ирландии крупные землевладельцы были англиканами, в то время как большинство крестьян - держателей и фермеров - являлось католиками. Используя недовольство крестьянских масс тем, что исход выборов в парламент зависел от крупных землевладельцев, ирландские католические церковники проявляли большую активность в парламентских избирательных кампаниях и завоевывали себе популярность, поддерживая ирландских кандидатов, ведших борьбу за предоставление Ирландии самоуправления. Падение влияния католической церкви автор усматривает в том, что в результате ряда реформ, расширивших избирательные права ирландцев, появились более близкие крестьянству независимые от церкви политические деятели, способные гораздо лучше, нежели духовенство, представлять интересы широких масс избирателей. Сказалось и то, что католическая церковь, имевшая в Ирландии крупные земельные владения, часто использовала свое влияние вопреки интересам поддерживавших ее крестьян.

В работе П. Фрезера (Манчестерский университет) "Альянс либералов-юнионистов: Чемберлен, Хартингтон и консерваторы, 1886 - 1904" (1962, январь) прослеживается история раскола в английской либеральной партии, приведшего к образованию группы либералов-юнионистов, перешедших потом в ряды консерваторов. Автор приводит ряд фактов, почерпнутых из неопубликованных архивов Дж. Чемберлена, герцога Девоншира (Хартингтона), Солсбери и Бальфура. Заслуживает внимания вывод, говорящий о том, что соответствующая перегруппировка в рядах английской буржуазии, приведшая к изучаемым событиям, была обусловлена обострением классовых противоречий и подъемом английского рабочего движения в 80 - 90-е годы XIX века. П. Фрезер воспроизводит интересные высказывания Дж. Чемберлена, в частности его меморандум, написанный в начале 90-х годов, в котором оправдываются действия юнионистов тем, что гладстоновский либерализм не сумеет устоять перед напором социалистических притязаний тред-юнионов и Рабочей партии.

Статья Д. Макинтоша (Ибадан) "Роль Комитета имперской защиты перед 1914 г." (1962, июль) основана на изучении личных архивов ряда крупных английских государ-

ственных деятелей начала XX в. (Бальфур, Асквит и др.). Она уточняет некоторые детали начавшейся исподволь подготовки английского империализма к первой мировой войне. Автор рассматривает разногласия между лидерами консерваторов и либералов по вопросам о мерах, необходимых для наращивания военного потенциала и координации усилий для обороны различных частей Британской империи, взаимоотношения кабинета министров с непосредственными руководителями армии и флота и т. д. Он приходит к выводу, что накануне первой мировой войны разногласия буржуазных лидеров разных направлений по военным вопросам были почти полностью сведены на нет. Статья Макинтоша является как бы хронологическим рубежом, за пределы которого журнал не переступает. Последующий период, начиная с первой мировой войны до наших дней, находится вне сферы интересов журнала: ему не посвящена ни одна исследовательская статья.

Основная тематика, связанная с историей XIX - начала XX в. (и лишь в отдельных случаях - более раннего периода), - это международные отношения и внешняя политика Англии.

Здесь характерно стремление журнала всячески оправдать роль Англии в дипломатических конфликтах и военных столкновениях прошлого, изобразить ее миролюбивой державой, руководствующейся только справедливыми целями, готовой идти на компромиссы и лишь в исключительных случаях прибегающей к военным действиям. Рассмотрим некоторые из статей на эти темы.

Англо-французские отношения после "славной революции" исследуются в статье М. Томсона из Лондонского университета "Людовик XIV и Вильгельм III, 1689 - 1697" (1961, январь), типичной для буржуазной историографии, касающейся внешнеполитических проблем: автор рассматривает дипломатические отношения двух крупных, соперничающих между собой государств только как результат проявления личных качеств к особенностей обоих партнеров - Людовика XIV, с одной стороны, и Вильгельма Оранского - с другой.

М. Коулинг из Кембриджа назвал свою статью "Литтон, Кабинет и русские от августа до ноября 1878 г." (1961, январь). Она посвящена англо-русским противоречиям 1878 г. в Средней Азии и роли вице-короля Индии лорда Литтона в развязывании англичанами войны против Афганистана, эмир которого Шир-Али, балансируя между Англией и Россией, пытался при поддержке последней остановить английскую агрессию. При этом автор рассматривает политику Англии на Востоке (на деле захватническую) лишь как эффективное средство защиты английских владений в Индии от "русской угрозы". Он обходит молчанием то обстоятельство, что в действительности постоянные ссылки на "русскую угрозу" английские колонизаторы использовали в качестве маскировки собственной агрессивной, экспансионистской политики.

Истории народов стран Азии и Африки, как отмечалось выше, журнал почти не касается. В тех редких случаях, когда появляются статьи на эту тему, соответствующие вопросы рассматриваются главным образом под углом зрения позиции Англии, роль которой, как и роль английских политических деятелей в судьбе того или иного народа, идеализируется. Примером может служить статья Ф. Парсона (университет в Глазго) "Марокканский вопрос в 1884 г.: ранний кризис" (1962, октябрь). Автор говорит о том, что в Марокко скрещивались интересы основных западноевропейских держав. В действиях Франции, Испании и Италии он усматривает стремление прибрать к рукам Марокко, воспользовавшись отсталостью экономики и политической системы султаната. Но если Бисмарк защищал интересы Германии, то Англия действовала якобы благороднее всех: она-де не имела никаких интересов в Марокко, добиваясь лишь свободного прохода своих судов через Гибралтар. Рекомендуя султану проведение реформ, она, по словам автора, стремилась к тому, чтобы превратить Марокко в сильное и жизнеспособное государство.

Если Парсон старается представить Англию чуть ли не искренним другом марокканцев, то Г. Сандерсон (английский университет в Нигерии) в статье "Англо-германское соглашение 1890 г. и Верхний Нил" (1963, январь) занимается открытой апологией активной колониальной политики консервативного кабинета Солсбери. Статья носит полемический характер и направлена против другого буржуазного историка, Д. Джилларда, который, по словам автора, считает, что известное урегулирование

англо-германского конфликта в Восточной Африке при помощи обмена о. Гельголанда на Занзибар имело якобы весьма ограниченное значение и не создавало необходимых условий для защиты английских интересов в Уганде и в районе Верхнего Нила. Г. Сандерсон стремится доказать, что соглашение 1890 г. было актом большой мудрости Солсбери, так как оно предоставило Англии широкие возможности для усиления ее колониальных позиций и в бассейне Верхнего Нила и в других районах Африки.

М. Кемпстон (Лондон) в статье "Некоторые ранние индийские националисты и их союзники в Британском парламенте, 1851 - 1906 гг." (1961, апрель) приводит много фактов, свидетельствующих о том, что с 50 - 60-х годов XIX в. радикально-демократическая общественность Англии выражала сочувствие индийскому освободительному движению; автор останавливается, в частности, на выступлениях в защиту Индии ряда ирландских деятелей в английском парламенте (Парнелл, О'Доннел и др.). Однако М. Кемпстон умалчивает о тех гораздо более влиятельных и могущественных реакционных буржуазных политиках, которые осуществляли и поддерживали колониальную экспансию британского империализма, всеми средствами угнетая индийцев и наживаясь за их счет. Вопреки историческим фактам автор изображает англичан в Индии культуртрегерами, которые якобы всячески пеклись о повышении экономического и культурного уровня индийцев и сознательно подготовляли их к самоуправлению.

Статья Т. Давенпорта, преподавателя университета в Кейптауне, "Южно-африканский мятеж, 1914" (1963, январь) посвящена восстанию буров против английского владычества, вспыхнувшему в начале первой мировой войны. Она написана по материалам парламентских и судебных расследований, произведенных английским правительством после подавления восстания в 1915 - 1916 годах. Автор пытается доказать, что это было якобы не народное выступление, а мятеж, инспирированный элементами, которые в свое время вызвали англо-бурскую войну.

В заключение остановимся на материалах, посвященных истории политических идей. Следует отметить, что они не выходят за хронологические рамки XVI - XVII вв., то есть отстоят от современности еще дальше, чем материалы по общеисторической тематике. Об одной из статей на эту тему, в которой Г. Барон пространно развивает тезис о наличии якобы существенных противоречий в отношении Макиавелли к монархии и республике, мы уже писали в свое время ⁴ . Статья Р. Хинтона (Кембриджский университет) "Английские конституционные теории от сэра Джона Фортескью до сэра Джона Элиота" (1960, июль) может служить типичным примером бесплодности отвлеченного формально-юридического подхода к взглядам мыслителей и идейным течениям, характерного для буржуазных историков политической мысли. Поставив своей целью проследить ее развитие в Англии в XV - XVII вв., то есть на грани средневековья и нового времени, автор ограничивается лишь формальным анализом концепций того или иного мыслителя и сравнением его с предшественниками и продолжателями. В результате вместо выявления сложного и многообразного процесса интенсивной идеологической борьбы, отражающего острые социальные конфликты периода разложения феодального способа производства и генезиса капитализма, в статье получилась лишь плоская и тощая схема: за два века в Англии перешли от защиты монархии, ограниченной сословно-представительными учреждениями, к обоснованию теории абсолютизма.

Содержание старейшего английского буржуазного исторического журнала отражает многие типичные черты современной буржуазной историографии. Это и игнорирование проблем современности, и отказ от признания закономерности исторического процесса, и отсутствие широких обобщений, и, наконец, мелкотемье и склонность к фактографии. Опасаясь, что подлинный научный анализ исторических фактов может привести к выводам, противоречащим классовым интересам буржуазии, многие буржуазные исследователи намеренно замалчивают неугодные им стороны действительности.

⁴ См. "Вопросы истории", 1962, N 2, стр. 190 - 191.

Publisher:

Permanent link for scientific papers (for citations):

Found source (search robot):

Publication author(s) - Б. А. Каменецкий:

Comments: